[Weredragon]

Давно знал, что в с. Белоскелеватое есть улица с названием 14-я Гвардейская. Названа в честь 14 Гвардейской стрелковой дивизии освобождавшей в 1943 наши края. Взыграло любопытство: а есть ли в сети что-либо об этой воинской части? К удивлению для себя нашел сайт полностью посвященный этой дивизии. На сайте выложены материалы, описывающие боевой путь дивизии. Есть упоминания и о боях в наших местах.

Цитата

"...Я хорошо помню, когда наш штаб стоял в хуторе Верхние Грачики и мы вели разведку в направлении Новосветловки и Суходольска. Высоты по западному берегу Северского Донца были крутые, каменистые и очень неудобные для выдвижения артиллерии. Она не могла вести прицельный огонь. Но несмотря на это, наша пехота метр за метром цеплялась за высоты. 38-й полк и его 3-й стрелковый батальон старшего лейтенанта Гайдаева совместно с 1-м стрелковым батальоном 36-го полка капитана Ключика преодолели высоты и отбросили противника к Малому Суходолу. Это дало возможность начать работы по наведению переправ через Северский Донец, которые были так необходимы войскам для преодоления водной преграды.
Срочно требовалось пополнение и небольшой отдых личному составу, прошагавшему с боями не одну сотню километров от Дона до Северского Донца.
На рассвете 15 января дивизия переправилась через Северский Донец и приступила к освобождению индустриального центра Украины — Донбасса. Через два дня 36-й и 38-й стрелковые полки дивизии в жестоких боях заняли села Белоскелеватое, Новосветловку и Габуны. ..."
"...Успешно форсировав Северский Донец и расширив плацдарм на его западном берегу благодаря тому, что 3-я гвардейская армия генерала Д. Д. Лелюшенко была усилена 2-м и 23-м танковыми корпусами генералов Е. Г. Пушкина и А. Ф. Попова. В это время 14-й стрелковый корпус, в состав которого входила наша дивизия, глубоко обходил с юга-запада Ворошиловград.
Передний край дивизии проходил по плато западнее сел Половка и Белоскелеватое, почти под прямым углом пересекая железную дорогу Ростов-Ворошиловград. На левом фланге дивизии действовал 36-й стрелковый полк, в центре 41-й, а на правом фланге 38-й стрелковые полки.
Стояла бесснежная холодная зима. Особенно ночью. Артиллеристы преимущественно располагались ближе к населенным пунктам, где можно было обогреться и принять горячую пищу, а многострадальная пехота спасалась в окопах или блиндажах. Передовые батальоны грелись в санитарных палатках. Их маскировали в балках, заросших терновником.
Несмотря на суровую погоду, все стремились продолжить наступление, чтобы как можно дальше продвинуться на запад, освобождая оккупированные города и села Украины.
В один из таких дней дивизия получила приказ продолжить наступление. Первым поднял в атаку командир 3-го стрелкового батальона 38-го полка старший лейтенант А. Г. Гайдаев, который вел наступление на село Новоанновку. В это время 3-й стрелковый батальон 36-го полка капитана Бодни вел наступление на село Семейкино. Разведка полка доложила, что в селе сосредоточились немецкие танки. На борьбу с ними вступили 1-й артдивизион 33-го артполка и полковая батарея. Семейкино нами было взято.
Но на этом не закончилось. Мы знали, что в районе Сталинграда разгромлена 4-я немецкая танковая армия. Но перед нашими боевыми порядками появились колонны танков. Оказалось, что они прибыли из Франции. Вскоре она нанесла контрудар по нашей дивизии.
Над танками противника появились наши штурмовики. Они бомбили и расстреливали эрэсами до вечера, но остановить контратаку немецких войск не удалось. Вечером они нанесли по нашей дивизии рассекающий удар. Мы впервые видели тактику такого удара. Впереди колонной, численностью до полсотни, шла группа танков, за ними такое же количество бронетранспортеров, а затем автомашины с артиллерией и пехотой. На нас катился огненный смерч. Все это произошло так быстро, что не только пехота, но и танковый корпус не смогли своевременно открыть огонь. Пока наши батареи развернулись, противник занял село Белоскелеватое. Одна только зенитная батарея открыла по немцам огонь и подожгла несколько машин и бронетранспортеров, но была раздавлена танками. Не успев открыть огонь, были раздавлены два орудия 1-й батареи 33-го артполка старшего лейтенанта Вирника и два орудия 3-й батареи 6-го артдивизиона лейтенанта Ядыкина. Лишь одно уцелевшее орудие лейтенанта П. И. Архипова пыталось вступить в единоборство с танковой павиной, но, сделав несколько выстрелов, было мгновенно подавлено. Рискуя, Архипов и оставшиеся в живых батарейцы сумели выхватить из-под огня поврежденное орудие и вынести раненых и убитых. Тяжело ранен командир батареи Вирник. Разбитую батарею принял Архипов.
Наш 2-й танковый корпус, мимо которого прошла эта армада, мог бы вступить в противоборство, но этого не произошло(?). В результате 38-й полк и поддерживающий его 3-й дивизион оказались в окружении, но к утру прорвапись и соединились с 36-м полком.
Ночью поступило сообщение, что 2 февраля 1943 года завершился полный разгром группировки Паулюса в Сталинграде."
И. Белов. "Четырнадцатая гвардейская в боях за Родину"

Сайт о 14-й Гвардейской

[Советский человек]

Спасибо, очень интересная информация.
Надо больше таких воспоминаний и брошюркой для изучения в нашт школы по истории родного края.

[From_Igor]

К сожалению, я знаю уже как минимум три версии освобождения Краснодонского района. Вы будете смеяться, но все они противоречат друг другу. За исключением некоторых фамилий и номеров частей. Один "участник освобождения" даже дописался до того, что с немецкой стороны район обороняли Власовцы, которые поднимались в контратаки с криками "Ура". Кроме того, есть хронология боевых действий первого батальона СС из полка "Der Furer" дивизии СС "Das Reiсh". Именно этот батальон противостоял наступающим советским войскам. Командовал эти батальоном гауптштурмфюрер СС Опифициус. Штаб батальона дислоцировался на хуторе Ворошиловка, а направление удара было в районе переправы у села Давыдо-Никольск. Сил одного батальона было явно недостаточно, поэтому эсэсовцам придали 304 и часть 302 пехотных батальонов. Которые и были успешно почти полностью уничтожены нашими войсками у сел Петровка (Радостное) и Ворошиловка (Дружное). А батальон эсэсовцев, после передислокации в Водяное, впоследствии благополучно отступил в Свердловку, почти полностью сохранив свой личный состав.

Сообщение отредактировал From_Igor: 01 November 2011 - 21:53

[Weredragon]

Спасибо за комментарий, а то я уже думал, что большинству данная тема не интересна. К моему сожалению я поздновато стал интересоваться темой данного вопроса. Многие участники и очевидцы тех событий уже ушли из жизни, а их потомки... В лучшем случае от них можно добиться лишь обрывочных, за частую противоречащих друг другу сведений. Мемуары ветеранов, той же 14-й Гвардейской, отцензурированы и их надо читать очень осторожно, так сказать, фильтровать каждое слово, а еще лучше сравнивать с показаниями оппонентов. Также надо учитывать какую воинскую должность занимал на тот момент рассказчик, потому что у командующего армией одно видение вопроса, у комполка другое, у простого ротного третье, а простому солдату на все их виденья ... так сказать "с прибором", у него своя правда. По интернету гуляет цифровая версия брошюры "Бои за Ворошиловград" (сборник материалов по изучения опыта войны) изданная в Москве, воениздатом Наркома обороны в 1944 г. Там более-менее описывается ход Ворошиловградской операции. С разу оговорюсь, что это не более чем раппорт высшего армейского коммандования вышестоящему командованию. Обычно в таких сводках сглаживаются острые углы, занижаются собственные потери и завышаютя потери противника, вуалируются оперативные просчеты. В общем их тоже надо читать очень осторожно. Итак, в приведенном мной источнике, на мой взгляд, красочно описывающем события, собрано все: красивая проза, сухие армейские сводки, воспоминания очевидцев. Не удивлюсь, что в некоторых местах присутствует художественный вымысел. В общем, это мое сугубо личое мнение, данные мемуары ЛИЧНО И. Белов вряд ли писал. Точнее будет сказать за него их профессионально написали. Аргументирую: первое, человек который пишет мемуары никогда не будет писать о себе в третьем лице, тем более перескакивать с третьего лица на первое и обратно; второе, в книге присутствуют беседы высшего командного состава, при которых, на тот момент лейтенант, не штабной!, И. Белов присутствовать не мог; третье, даты - они, к сожалению, у бывших однополчан расходятся (Белов пишет, что дивизия переправилась 15 января, его сослуживец (на тот момент комбат) ст. лейтенант Гайдаев, тоже автор мемуаров, указывает, что дивизия вышла к Донцу 25, до 28 приводила себя в порядок и подтягивала тылы, утром 28 форсировала Донец, командарм Д. Д. Лелюшенко тему переправы вообще обходит). В целом, закрывая глаза, на расхождения в данных, хронология событий следующая.
Манштейн Как раз в эти дни был прорван участок фронта группы армий «Б» на Дону, который оборонялся венгерской армией. В этой катастрофе пострадал также соседний участок фронта группы армий дальше к северу. Группа армий «Б» намеревалась отвести свои силы за Айдар: то есть примерно на линию Старобельска. Тем самым она открывала для противника Донец ниже Ворошиловграда. Практически это крыло группы армий через несколько дней уже больше не существовало. От Ворошиловграда на север образовалась широкая брешь, здесь в некоторых пунктах оказывали отчаянное сопротивление разрозненные боевые группы немецких войск из состава группы «Б», тогда как венгры, подобно итальянцам, исчезли с поля боя.
Уже 20 января обозначилось намерение двух корпусов противника обойти левый фланг группы армий — соединение генерала Фреттер-Пико, стоявшее под Каменском, — в направлении на Ворошиловград. Противник прощупывал также оборону остатков итальянской армии, проходившую за Доном восточнее Ворошиловграда. В целом же основные силы противника, видимо, стремились продвинуться на запад в направлении Старобельска; очевидно, противник хотел прежде всего выйти на оперативный простор. Можно было ожидать, что в случае успеха этого маневра противник не ограничится только охватом группы Фреттер-Пико, но продвинется еще дальше на запад крупными силами и будет наступать через Донец в направлении на переправы через Днепр или на побережье Азовского моря.
24 января уже поступило донесение о появлении кавалерии противника на южном берегу Донца в районе Ворошиловграда, хотя, может быть, это только показалось со страху какой-нибудь местной комендатуре.
Наши Вечером 20 января 1943 года наши воины начали артобстрел вражеских укреплений, расположенных в Б. Суходоле. Нижняя часть хутора - Луговка - несколько раз переходила из рук в руки. В это время Борисов (связной "Молодой гвардии") с товарищами находился на квартире у коммунистки Александры Георгиевны Киселевой. Сюда из-за Донца пришли красноармейцы, чтобы установить телефонную связь с противоположным берегом Северского Донца, где стояли части нашей армии. Василий [Семён] вызвался помочь им, но неожиданно в дом ворвались немцы. Очевидно, кто-то донес в полицию о том, что здесь находились советские воины. Сопротивление было отчаянным, и никому не удалось спастись, все были расстреляны.
Гайдаев С утра 28 января части дивизий в составе 3-й гвардейской армии генерала Д. Д. Лелюшенко перешли в наступление, форсировали реку Северский Донец, вступили на территорию Луганской области в районе Давыдово-Никольское, Вел. Суходол и освободили их от фашистских захватчиков, а к исходу дня и с. Ивановка стало нашим. Продолжая наступление в западном направлении, к 31 января освободили населенные пункты Греки, Пантелеевка, Водоток (38-й гвардейский стрелковый полк), Габцы, Копани и вышли на рубеж: 36 гв. сп — юго-западная окраина Копани, 38 гв. сп — 1 км западнее Водоток и 41 гв сп— 1,5 км западнее Вотодок. В ходе наступления
1 февраля овладели селами Надеждино (38 гв. сп), Габуны, Белоскелеватое, Орловка Краснодонского района. Так был создан плацдарм на западном берегу реки Северский Донец, с которого в первых числах февраля началось наступление на Луганск, Лутугино и другие населенные пункты в западном направлении.
Манштейн 2 февраля противник форсировал Донец восточнее Ворошиловграда; стоявшие там итальянцы не оказали серьезного сопротивления. Противник сосредоточил в этом районе ударную группу в составе трех танковых, одного механизированного и одного стрелкового корпуса, по-видимому, из числа войск, разгромивших в свое время итальянский фронт на Дону. Можно было предполагать, что целью этой ударной группы был захват Ростова или Таганрога.
Сводка 3 гвардейская армия, входившая в состав этого фронта и имевшая задачей выйти в район Орджоникидзе, Сталино, в начале февраля 1943 г. успешно форсировала р. Сев. Донец на участке Кружиловка, Давыдо-Никольское и завязала упорные бои на подступах к Ворошиловграду. Противник непрерывными контратаками крупных пехотных частей при поддержке танков и авиации стремился задержать наше наступление. К 3 февраля армия вела бои на фронте Подгорное (20 км восточнее Ворошиловграда), Лысый, Ново-Анновка, Красное, Поповка, Самсонов, Мал. Суходол, Поповка (восточная) и далее по левому берегу р. Сев. Донец до Калитвенской. Правее наступали части 1 гвардейской армии; левее — 5 танковой армии. 3 гвардейская армия наносила главный удар в юго-западном направлении на Сталино, где должна была сомкнуться с 1 гвардейской армией. Протяжённость фронта 3 гвардейской армии достигала 100 км, причем фронт на правом крыле армии — на ворошиловградском направлении был направлен на запад, в центре армии — на юг и на левом крыле на юго-запад.
Такое начертание фронта создалось в результате форсирования Северского Донца и быстрого продвижения войск правого крыла армии в западном направлении.
Манштейн Ошибочно полагать, что с получением согласия Гитлера на оставление восточной части Донбасса и с уже возможной теперь переброской 4 танковой армии на западный фланг был уже ликвидирован фактический кризис на южном фланге армии. Переброска 4 танковой армии с восточного на западный фланг ввиду большого расстояния и состояния дорог должна была продлиться около двух недель. Было еще неясно, достигнет ли группа Голлидта (группа мобильного прикрытия) позиций на Миусе, в связи с тем, что противник уже стоял на ее глубоком фланге у Ворошиловграда южнее Донца. Было также сомнительно, что 1 танковая армия удержит или восстановит фронт на среднем Донце.
1 танковая армия (командующий — генерал Макензен, начальник штаба — полковник Венк), имевшая задачу вновь отбросить за реку противника, прорвавшегося через средний Донец, вела бои с двумя превосходящими группировками. Одна сильная группировка перешла Донец у Ворошиловграда и пыталась прорваться между отходящей на Миус группой Голлидта и наступающей с юга на Донец 1 танковой армией. Вторая группировка противника перешла Донец на рубеже Лисичанск — Славянск и стремилась направить главный удар на наш западный фланг в районе по обе стороны от Кривого Торца. Этим создавалась опасность двустороннего охвата 1 танковой армии. Она должна была попытаться разбить вражеские группировки одну за другой. По мнению командования группы, направление главного удара армии должно было приходиться на ее западный фланг с тем, чтобы сначала разбить врага у Славянска и потом повернуть против группировки у Ворошиловграда. Но, однако, развитие обстановки заставило армию частью своих сил сначала завязать бои со второй группировкой противника. Армия поэтому не была достаточно сильной для того, чтобы быстро разбить противника у Славянска, но и южнее Ворошиловграда не оказалось сил, чтобы приостановить прорыв противника на юго-запад.
В целом, более подробно ход операции изложен в брошюре "Бои за Ворошиловград". Но, если вкратце, в ночь на 5 февраля, наши атакуют и к утру занимают Новоанновку, танки входят в Комисаровку и Гусиновку, также доходят до Красного и Семейкино. Образуется прорыв, в который уходит 279 дивизия, которая в свою очередь выходит к южным окраинам Ворошиловграда и, заняв круговую оборону, начинает атаковать город. Успеха она не имеет т. к. дерется в отрыве от остальных сил армии. Правое крыло армии остановлено на рубеже р. Луганчик. На участке Подгорное (Береговое), Хрящевка, Огульчанск, Лысое у немцев дзоты. В обороне противника брешь от Новоанновки до Поповки (Придорожное). Стремясь задержать наше наступление, утром 5 февраля, немцы контратакуют на Огульчанск, на Липовое, от Водяного на Ворошилов (Дружное), от Малого Суходола на Большой Суходол. Теснят наших в районе Липового, занимают Ворошилов (Дружное), отдельные группы проникают к Большому Суходолу. 6 февраля немцы концентрируют главный удар на направлении от Поповки (Придрожное) на Орловку. 7 февраля следует, описанная Беловым, атака частями "Dus Reich" при поддержке танков. Белоскелеватое, Габун, Орловка заняты немцами. 8 кавкорпус (башкиры), шедшие на усиление 279 дивизии ввязываются в бои за Белоскелеватое и выходит к Ворошиловграду лишь 9 февраля. 243 дивизия, 6 февраля, атакует Огульчанск, занимает его и оттуда наступает на Ворошиловку (Вишневый Дол), Валеевку, Новосветловку. Снабжение частей занявших Семейкино, Красное, 279 дивизии штурмующей Ворошиловград идет по узкому корридору между Новоанновкой и Поповкой (Придорожным). За это время корридор колеблется от 3 до 8 км и рискует вообще исчезнуть. В этов время группа генерала Монахова, не имея успеха под Каменском, сдает свой участок фронта и 7 февраля перебрасывается в район Малого Суходола. До 12 февраля на рубеже р. Луганчик идут бои без особых подвижек. 12 февраля наши наносят удар в обход Ворошиловки (Вишневый Дол), Валеевки и Новосветловки и окружают их. В тот же день взято Лысое, Белоскелеватое, Орловка. От Самсоновки до Поповки фронт стабилен, никаких подвижек. 3-я армия обрушивается на Ворошиловград. 14 февраля генеральный штурм. Город взят. 15 февраля, согласно сводки Совинформбюро, освобожден Краснодон, железнодорожная станция Верхне-Дуванная.
Подведу итог. Основной целью наступления 3 армии был Луганск. Войск что у наших, что у немцев не хватало. Обе стороны были измотаны: одна наступлением, другая отступлением. Этим можно объяснить концентрические удары по Луганску и их полное отсутствие в южном направлении. С немецкой стороны, то что Луганск не удержать наверное было понятно всем (кроме Гитлера ), фронт уже нависал над ним с севера. Манштейн конечно не озвучивает но думаю, что для него было более приоритетным сохранить подвижную группу Голлидта, которая отступала с нижнего Дона. С этой же целью удерживался Каменск: дать проскочить Голлидту. В итоге наши увязли в немецкой обороне под Луганском на неделю. Голлидт за это время благополучно проскочил на Ровеньки и оттуда на Миус, где была подготовлена оборона и наши увязли уже до осени. Из Краснодона же немцы просто погрузились и отправились тем же путем. Стратегическая цель была ними достигнута. Немножко обидно думать, что освобождение Краснодона происходило приблизительно в таком плане: вышел по утру комполка: "Эй, ротный! Луганск взяли, люди освободились. Возьми два танка и сгоняй посмотри чего там в Краснодоне делается" Но что такое наш маленький Краснодон по масштабам тогдашних сражений.

Сообщение отредактировал Weredragon: 03 November 2011 - 15:55

[From_Igor]

Вот что нашёл историк Роман Пономаренко :

28 января 1943 года группа Опифициуса <1-й батальон полка СС «Дер Фюрер» с подразделениями усиления> перешла в подчинение боевой группы «Шульдт». 30 января группу перебросили в район небольшой деревни Ворошилов. Авиаразведка донесла, что советские войска организовывают переправы через замерзший Северский Донец <силами 3-й Гвардейской армии в районе села Давыдо-Никольское>.

31 января 1943 года батальон Опифициуса и приданные ему подразделения «Дас Райх» были реорганизованы. В качестве поддержки Опифициусу передали армейский 304-й учебно-полевой батальон из состава 304-й пехотной дивизии, правда, без штаба и подразделений снабжения. Также армейские части поделились одним 105-мм орудием и двумя 50-мм противотанковыми пушками. Кроме этого, оберштурмфюрер СС Ханс Даль из батальонного штаба выступил с идеей сформировать «под крылом» батальона специальную добровольческую роту из солдат, отставших от своих подразделений и «прибившихся» к эсэсовцам. Опифициус ухватился за эту идею, и вскоре рота под командованием Даля была создана. Одновременно батальону выделили 100-ваттную радиостанцию, специально для связи со штабом дивизии СС «Дас Райх».

Около 3 часов ночи 1 февраля 1943 года советские войска атаковали позиции батальона силой до полка пехоты при поддержке танков. Основные силы батальона оборонялись в деревне Ворошилов. На северо-западе от нее лежала деревня Петровка, защищаемая 1-й ротой батальона, усиленной взводом 20-мм самоходных зениток (из 14-й роты полка СС «Дер Фюрер») и 50-мм противотанковым орудием. Именно это орудие и зенитки создавали костяк немецкой обороны в Петровке. Расчет 50-мм орудия за день боя подбил пять вражеских танков, за это командир расчета роттенфюрер СС Хайдер был награжден Железным крестом 1-го класса прямо на поле боя и вскоре был произведен в унтершарфюреры СС. В этом же бою оружейник 1-й роты обершарфюрер СС Зепп Каммерер уничтожил танк Т-34, бросив ему под гусеницы противотанковую «Теллер-мину». За это он также был награжден Железным крестом 1-го класса.

Все советские атаки были тщетны, эсэсовцы удержали свои позиции. Вражеская атака на Петровку, одновременно с обоих флангов, была успешно отбита 3-й ротой гауптштурмфюрера СС Альфреда Лекса (с левого фланга) и волонтерской ротой Даля (с правого). Также в этих боях отличился взвод из 16-й роты под командованием обершарфюрера СС Эрнста фон Эберштейна. Противник понес очень тяжелые потери.

В ночь на 2 февраля батальон был отведен в село Водяное, где эсэсовцы и закрепились. Дома были превращены в опорные пункты, солдаты наспех оборудовали окопы и стрелковые ячейки. Советские войска оказывали мощное давление, обрушив на немцев сильный огонь артиллерии и минометов. К этому добавились действия штурмовиков Ил-2 и танковых частей. В этот трудный момент эсэсовцев поддержали танки 6-й танковой дивизии и пикировщики Ju-87. Позиции немцам удалось удержать. В ходе боя командир 4-й роты гауптштурмфюрер СС Герберт Хокке был убит после прямого попадания снаряда в командный пункт роты.

10 февраля у Свердловска был убит унтерштурмфюрер СС Ханс Холлингер из 4-й роты.

14 февраля 1943 года батальон был отведен с этих позиций и через Самсоново переброшен в район Краснодона. Здесь солдаты полка СС «Дер Фюрер» вели локальные бои местного значения, отражая вражеские атаки и то и дело переходя в контратаки. 17 февраля батальон сняли с фронта и отвели для отдыха в район поселка Красная Звезда.

 карта.JPG (190.31К)
Количество загрузок:: 23

[Weredragon]

Спасибо, очень интересно. Эта информация восполняет мои данные. Таким образом, в начале января наши пытаются перейти Донец. С высот над Большим Суходолом ведется обстрел противником противоположного берега (артбатарея) и переправа на данном участке становится затруднительной. Поэтому с 20 января высоту начинают обрабатывать из тяжелой артиллериии и, стоявшие там итальянцы, покидают ее. Заняли ли ее после этого немцы - вопрос? Тем временем "зона высадки" перенесена на участок Кружиловка-Давыдо-Никольск (у артиллерии противника обзор этотого участка перекрыт высотой). 28 января 3-я армия начинает переправу, одновременно бросая части в наступление для расширения плацдарма. Итальянцы отступают от переправы, им ее не удержать, а защищать насколько десятков километров степи за спиной до первой линии обороны - нет смысла. Наши атакуют позицию на Большом Суходоле вначале в лоб (это мы умеем), после понесенных потерь в обход. Думаю это и была атака в ночь на 1 февраля, описанная Опифициусом. Одновременно наши атакуют Петровку-Радостное и Ворошилов-Дружное. Большой Суходол взят, из Петровки и Ворошилова немцы отходят на хутор Водяный.
Теперь преходим к вопросам. Опифициус что-нибудь упоминает об контратаке 5 февраля от Водяного на Ворошилов? Наши упоминают и указывают, что немцам удалось на некоторое время занять село. Второе, батальон Опифициуса отходит с Водяного на Самсоновку, а после на Краснодон. Я так понимаю имеется в виду поселок Краснодон, где немцы простояли до 17 февраля? Иначе зачем делать такой крюк от Водяного на Самсоновку и в Краснодон обратно, когда можно отступить просто в Краснодон. Третье, (это так, констатация факта) если немцы покинули Краснодон 14 февраля во второй половине дня и в сводке Совинформбюро ясно говорится, что освободили 15 февраля, чего во всех официальных источниках дата освобождения города 14-е?

Сообщение отредактировал Weredragon: 04 November 2011 - 17:47

[From_Igor]

Уважаемый Weredragon ! Я мог бы рассказывать о тех страшных годах долго. Но, не знаю что конкретно Вас интересует из этой большой темы. Поэтому хочу предложить Вам сайт и форум, в которых собраны результаты долгих исследований в архивах и госхранилищах энтузиастов истории Краснодона и Молодой Гвардии в частности. В том числе и Вашего покорного слуги. Хотелось бы, чтобы как можно больше людей знало об этих исследованиях. Пусть даже и несогласных с выводами. Но аргументы друг друга мы обязаны выслушать. Если, конечно, мы считаем себя серьёзными людьми.
http://www.molodguard.ru/

[Weredragon]

Благодарю. Сайт мне известен. И в мыслях не было с Вами спорить. А хотелось мне просто больше узнать о ходе боевых действий на территории Краснодонского района 1942-1943 гг. и о людях принимавших в них участие.

Сообщение отредактировал Weredragon: 04 November 2011 - 23:52

[Weredragon]

Изучая материалы по ходу боевых действий на территории Краснодонского района, обнаружил, что Приказом НКО СССР № 78 от 14 февраля 1943 г. 21-я кавдивизия была преобразована в 14-ю гвардейскую кавалерийскую дивизию. 21-я кавдивизия получила звание гвардейской за действия в составе 8 кавкорпуса (рейд на Дебальцево). Вот ведь: век живи - век информацию перепроверяй.

[Weredragon]

From_Igor (01 November 2011 - 21:41) писал:

Один "участник освобождения" даже дописался до того, что с немецкой стороны район обороняли Власовцы, которые поднимались в контратаки с криками "Ура".

В состав 2-й бригады СС "Шульдт", бои с которой вели наши части на территории Краснодонского района, кроме 100-го авиаполевого батальона «Герман Геринг» и 7-го батальона «Лейбштандарта СС Адольф Гитлер», входил также 1-й батальон полицейского полка. Так что, увы , с немецкой стороны тоже было кому "ура" кричать.
Вот, кстати, неплохая статья об освобождении Луганска, а заодно и Краснодона.
Освобождение (начало)

А вообще, хоть сегодня и новодел (День святого Валентина), не грех было бы поднять рюмочку за тех, кто освобождал наш город в феврале 1943-го, а также выпить за память павших не чокаясь.

Сообщение отредактировал Weredragon: 14 February 2012 - 18:27

[Weredragon]

А вот еще с форума gundorovskaya.ru

Цитата

19 июля 1942 (в оригинальном тексте 1941 (ошибка?) года на гундоровских буграх показались передовые части немцев.
В самой Гундоровке квартировала немецкая пехота, а неподалеку, в Шевыревке, расположилась артиллерия. С приходом власти оккупантов изменились и порядки. Немцы, желая расположить к себе местное население, открыли церковь, в которой до этого было зернохранилище. Возвращали усадьбы раскулаченным. В здании библиотеки расположилось немецкое правление. На общем сходе были выбраны представители новой власти: атаман Иван Власов, его помощник Н. Щепетков. В Каменскую городскую управу выбрали Н. В. Обухова, Г. М. Краснову, полицаев М. Блинова, П. Борисова, В. Краснянского и других.
Через неделю после прихода немецких оккупантов в Каменске началось формирование казачьей конвойной сотни. В ее составе была полусотня, в которую записывались в основном гундоровцы. И малым их количество не назовешь.
Жестокие репрессии по отношению к казакам, участникам восстания в станице Гундоровской в 1918 году, затем уже в двадцатые годы преследование тех, кто воевал на стороне белых, последовавшая со своей чередой репрессий коллективизация, конечно же, умножили ряды противников советской власти. И они не преминули воспользоваться долгожданной возможностью отомстить.
...
По донесениям советских подпольщиков в штаб партизанского движения, казаки конвойной казачьей сотни принимали участие в охране железной дороги, несли дозорную службу, прочесывали лес на левом берегу Северского Донца в поисках бежавших советских военнопленных. В январе-феврале 1943 года эти же казаки рыскали по станице и по хуторам в поисках подпольщиков из разгромленной краснодонской «Молодой гвардии».
Примерно два десятка казаков из этой сотни попали в плен к советским войскам, освобождавшим станицу Гундоровскую и окрестные селения. Но их в документах почему-то упорно называли власовцами. Дальнейшая их судьба известна только короткими обрывками. Есть сведения, что содержались они после войны в одном из лагерей под Омском и даже что нескольким из них удалось пережить то время и вернуться в родную станицу. Воспоминаний они, разумеется, не оставили.
Зато есть воспоминания командира 203 стрелковой дивизии Героя Советского Союза генерал-майора Здановича Гавриила Станиславовича (во время освобождения станицы Гундоровской он был полковником). В 1980 он опубликовал книгу воспоминаний «Идем в наступление».
В ней он писал о бое с так называемыми «власовцами»
«… Со стороны немецких окопов вдруг раздалось «ура!», в нашу сторону бежали несколько сот солдат. Сначала наши подумали, что из вражеского тыла прорывается к своим какая-то воинская часть, и поэтому солдаты не открывали огня. Но их предположение быстро рассеялось: в атаку шли предатели-власовцы.
С лютой ненавистью дрались наши бойцы с изменниками Родины! В батальоне, где замполитом командира был политрук П.В. Хорунжий, насчитывалось тогда всего сто человек. Наши солдаты встретили врага плотным ружейно-пулеметным огнем, а затем поднялись в штыки и погнали их по всему полю. Пятьдесят бандитов навсегда остались лежать в той самой земле, которую они предали…»
Этот бой происходил 13 февраля 1943 года, а о событиях за несколько дней до этого писал в своих воспоминаниях командир 619 стрелкового полка, непосредственно освобождавшего станицу Гундоровскую, полковник Мефодий Платонович Яремчук:
«9 февраля 1943 года полки дивизии провели разведку боем в районе станицы Гундоровской. Показания пленных подтвердили предположение, что вражеские танки 306-й пехотной дивизии немцев имеют задачу удержать оборону от Малого Суходола до хутора Поповка и далее по Северскому Донцу.
619-й полк после ожесточенного боя за город Каменск при сильном морозе и пурге совершил марш-бросок 25-30 километров в район хутора Михайловка и занял оборону по реке. Противник же оборонял заранее укрепленную полосу: станица Гундоровская, хутор Шевыревка и господствующие высоты по реке Северский Донец.
Данных о противнике в 619-м полку не было. Нужен был «язык». Kaпитан Петухов получил задание – скрытно пробраться в Гундоровку и захватить «языка». Один старичок с хутора Михайловка, где расположился штаб 619-го полка, согласился провести разведчиков по скрытному пути.
Разведчики выполнили приказ и привели «языка» - казака, изменника Родины. Как было установлено, немцы занимали оборону на высотах.
14 февраля 1943 года перед рассветом 619-й стрелковый полк 203 стрелковой дивизии 63 армии поднялся в атаку неожиданно для врага и почти без потерь захватил станицу Гундоровскую. При внезапной атаке полк захватил около 300 пленных немцев и 20 власовцев, изменивших Родине.
14 февраля, освободив станицу Гундоровскую, 619-й стрелковый полк перекрыл дорогу отхода немцев на Краснодон. Бойцы 592 –го и 610-го полков по примеру 619-го полка в тот же день овладели Краснодоном. Батальон капитана Погребовского, освободив Шевыревку, занял станцию Изварино. А 203-я стрелковая дивизия, вырвавшись на оперативный простор, затем освободила города Свердловск и Ровеньки».

Сообщение отредактировал Weredragon: 18 February 2012 - 21:20

[Pavel]

Вообще я должен сказать, что в советской литературе по освобождению Ворошиловграда и области зимой 42/43 понаворочано много ошибок и неправды (корни которых частично уходят в 1943-й год, частично - более поздние).
Краснодон немцы оставили без упорных боев, в рамках спрямления линии фронта и перехода на новые рубежи обороны. С Ворошиловградом похоже было, но там перед отходом на окраинах борьба была напряженная цедую неделю, а Краснодон даже не пытались оборонять.
Далее по Вашим вопросам:

"Таким образом, в начале января наши пытаются перейти Донец. С высот над Большим Суходолом ведется обстрел противником противоположного берега (артбатарея) и переправа на данном участке становится затруднительной. Поэтому с 20 января высоту начинают обрабатывать из тяжелой артиллериии и, стоявшие там итальянцы, покидают ее."

Итальянцы не "покидают" ее, их выбила 59-я гв.сд, причем выбила громко, с большими потерями для них и многочисленными пленными, так что, отведя "Равенну" в тыл, больше ее немцы для боевых задач использовать и не пытались.

Заняли ли ее после этого немцы - вопрос?

Да, 304-я пд. Ее части, как уцелевшие так и разбитые и выходящие из окружения, сосредотачивались на правом берегу Донца по мере выхода. Это стало очень неприятным сюрпризом для 266-й сд, которая понесла большие потери, ожидая встретить лишь незначительное сопротивление итальянцев.

Тем временем "зона высадки" перенесена на участок Кружиловка-Давыдо-Никольск (у артиллерии противника обзор этотого участка перекрыт высотой). 28 января 3-я армия начинает переправу, одновременно бросая части в наступление для расширения плацдарма. Итальянцы отступают от переправы, им ее не удержать, а защищать насколько десятков километров степи за спиной до первой линии обороны - нет смысла. Наши атакуют позицию на Большом Суходоле вначале в лоб (это мы умеем), после понесенных потерь в обход. Думаю это и была атака в ночь на 1 февраля, описанная Опифициусом. Одновременно наши атакуют Петровку-Радостное и Ворошилов-Дружное. Большой Суходол взят, из Петровки и Ворошилова немцы отходят на хутор Водяный.

Все было совсем не так. Захват плацдармов ("переправа") был выполнен задолго до 28 января. Просто 29 января началась Донбасская наступательная операция, когда ударная группа 3-й гв.А, перегруппировавшись 25-29 января из района Каменск на плацдармы 59-й гв.сд и 266-й сд, перешла в наступление с этих плацдармов в общем направлении на юго-запад.

Теперь преходим к вопросам. Опифициус что-нибудь упоминает об контратаке 5 февраля от Водяного на Ворошилов? Наши упоминают и указывают, что немцам удалось на некоторое время занять село.

Там были довольно неприятные для нас бои, с бегством частей 61-й гв.сд, окружением части 14-й гв.сд (и последующим разбирательством военного прокурора). Не будь немцы такими торопящимися в Славянск - Красноармейск (где прорывалась подвижная группа Попова), все могло закончиться под Бело-Скелеватым весьма неприятно, с большими потерями (как ранее в Каменске), и не факт что взяли бы Ворошиловград. А так все сошло относительно благополучно.

Второе, батальон Опифициуса отходит с Водяного на Самсоновку, а после на Краснодон. Я так понимаю имеется в виду поселок Краснодон, где немцы простояли до 17 февраля? Иначе зачем делать такой крюк от Водяного на Самсоновку и в Краснодон обратно, когда можно отступить просто в Краснодон.

Этот Опифициусе вообще был мелкой сошкой там Основную тяжесть боев на каменско-краснодонском направлении и в конце января и в феврале вынесли части 302-й пд.

Третье, (это так, констатация факта) если немцы покинули Краснодон 14 февраля во второй половине дня и в сводке Совинформбюро ясно говорится, что освободили 15 февраля, чего во всех официальных источниках дата освобождения города 14-е?

Потому что город освободили в 16-00 14 февраля (согласно отчету 23-го тк и 3-й тбр), вероятно просто в сводку эти данные поступили с опозданием, на следующий день.

Сообщение отредактировал Pavel: 08 May 2012 - 04:56

[Weredragon]

Увы все, что касается отечественной историографии нужно воспринимать с определенной долей разумной критики. Костяк цепочки событий оставлен исходным и это спасает. Занижаются наиболее часто размеры потерь, иногда фальсифицируются даты взятия оставления населенных пунктов, маскируются просчеты командования (ну, кто бы сомневался!).
Спасибо за интерес к теме.
И следом вопрос: откуда сведения, что итальянцы, занимавшие высоту у Большого Суходола из дивизии "Равенна"? А то я сколько не искал упоминаний: итальянцы, да итальянцы... В итоге стал считать это подразделение миксом из разбитых итальянских дивизий, которые немцы тормозили, как-то оформляли и вновь бросали в бой.
Второе, совершенно верно, что плацдармы на правом берегу Донца были созданы еще до 28 января. Просто слышал, что немцы несколько раз отбрасывали наших за Донец, та же Луговка (часть Большого Суходола) несколько раз переходила из рук в руки, а наши в основном продолжали базироваться и атаковать из-за Донца.
Хотелось бы поподробнее узнать именно об этом моменте. По каким участкам проходила тогда линия фронта?
И последнее. Наверное корректнее сказать, что не было боев в самом городе Краснодоне, чем сказать что Краснодон не пытались оборонять. Ибо если считать станцию Верхнедуванную окрестностями (как никак 5 км всего), то в окрестностях бои были. Вот воспоминания о тех событиях Юрия Львовича Сагаловича "59 лет жизни в подарок от войны"

Цитата

Срочная разгрузка на станции Филоново, и длительный марш только по ночам по грейдеру, обозначенному вехами с пучками соломы на верхушках.
Колонна длинная, всю ее впереди не видно. Перед глазами спины и тощие вещмешки, мерное покачивание шапок-ушанок, да слышен скрип снега под валенками.
Молчание, разговоров не слышно, редко перебрасываются одним-двумя словами. Марш долгий, идти трудно. Вдруг замечаешь, как идущего перед тобой повело-повело куда-то в сторону: спит. А то и тебя одернут: и ты заснул.
Позади колонны идут несколько сержантов. Это замыкающие, которые помогают выбившимся из сил.
Днем отогреваемся и отсыпаемся возле теплых «грубок» в хуторских домишках. Сколько войск уже успело прошагать через эти хутора... Хозяйки и дети к ежедневно меняющимся постояльцам привыкли. Иногда угощают какой-нибудь немудрящей едой, мы не отказываемся, а детишкам перепадает сахарку. С наступлением сумерек доносится команда «выходи строиться». Повторяется ночной марш.
В станице Алексеевской маршевую роту сдали фронту. Пока сдавали — кормежки не было. В хуторах на Хопре и его притоке Бузулук кто на что выменивали тыкву и мороженную рыбу.
Снова марш, то пешим строем, то на ЗИСах без всяких тентов и скамеек. Вповалку на соломе. Станицы Еланская, Боковская, Глубокая... Мы — пополнение 1-го гвардейского мотомеханизированного корпуса (командир генерал-майор Руссиянов).
Я стал вторым номером расчета пулемета «Максим» первого взвода пулеметной роты второго батальона второй бригады (командир роты — ст. лейтенант Феоктистов, командира батальона не помню, командир бригады — подполковник Худяков).
Принимая нас, командир роты с изумлением спросил: «Что же вы такие подзаморенные? Старшина, кормить!»
Надо сказать, что прибыли мы на пополнение корпуса ночью и расположились в огромном амбаре, наполненном початками кукурузы. До распределения по подразделениям поджаривали початки на огне. На короткое время они становились мягче и съедобней. Одновременно очищали от ржавчины розданные нам винтовки: их прежние владельцы выбыли из части по ранению или погибли.
Через пару дней в январе 1943 года из района трех небольших хуторов — Верхние, Средние и Нижние Грачики — 1-й гвардейский мотомеханизированный корпус по льду с полыньями от разрывов снарядов форсировал р. Северский Донец и овладел на ее высоком и довольно крутом правом берегу станицей Большой Суходол, что в полусотне километрах восточнее Ворошиловграда.
Почти весь день после боя по форсированию, за исключением времени чистки пулемета, я вспоминаю как мое личное непрерывное маневрирование, заключавшееся в том, что, следя за направлением пикирования «юнкерсов», я переваливался с одной стороны приземистой известняковой ограды, так свойственной тем местам, на другую, надеясь спастись от авиабомб. Надо сказать, что кроме этих оград, в Большом Суходоле, почти ничего не осталось. Помню только оббитую со всех сторон одиноко торчавшую колокольню.
Каким-то образом я оказался в паре десятков метров от огневой позиции «зенитки». Будучи единственным средством прикрытия пехоты от вражеской авиации, она была одной из главных целей немецкой бомбежки. Перед моими глазами — взрыв бомбы на позиции, крик, и санитарка, одна рука которой удерживает откинутую голову молодого парня с побледневшим лицом, а другая эту голову бинтует.
Время от времени наведывается «рама». Так мы называли двухфюзеляжный самолет-разведчик, предназначенный для стерео-аэро-фотосъемки. Это была азбука: через полчаса после «рамы» жди налета и бомбежки.
Не было отдано ни одного приказания, горячей пищей даже не пахло. Последнее не было неожиданным, а наоборот, легко объяснялось. Накануне, за несколько часов до боя нам выдали сухой паек — НЗ: буханка мерзлого хлеба, пара селедок и щепоть сахара. Приказано не прикасаться. Разложив еле тлеющий костерк, мы сидели вокруг него всем взводом. Пришел политрук роты и поздравил нас с тем, что мы начинаем освобождать Украину. Он ушел, а взводный, который был на год старше меня (его фамилии я не помню), развязав свой вещмешок, чего-то там отщипнул и отправил в рот. Этого было достаточно, чтобы приказ о неприкосновенности неприкосновенного запаса был немедленно забыт, а сам запас — уничтожен. И есть хотелось, и сама мысль, что через несколько часов убьют, а НЗ так и останется лежать в мешке, не давала покоя и была настолько логична, что никакая воинская дисциплина не могла с ней тягаться.
Все-таки кое-какую еду взамен НЗ в Суходоле раздобыть удалось. В заброшенной землянке я наткнулся на бочку соленых бурых помидоров и корыто квашеной капусты.
К вечеру появились признаки организованного начала. Нас собрали, построили и объявили приказ: 1-й гвардейский мотомеханизированный корпус вводится в прорыв и ударом с севера на юг овладевает городом Ростов-на-Дону.
Я был всего-навсего рядовым пулеметчиком, но хорошо помня географическую карту, недоумевал, как можно корпусом наносить удар с севера на юг вдоль фронта по тылам противника с задачей преодолеть расстояние около двухсот километров. Разумеется, я ни с кем не делился своими мыслями. Мне это не полагалось.
Мы двигались всю ночь, преимущественно по балкам, часто останавливаясь на то время, пока разведка не доложит, что можно продолжать движение. Команды отдавались только вполголоса. «Стой!» — Все валимся на снег, плотно прижавшись друг к другу, и немедленно засыпаем. Куча мала. Хуже всего тем, кто с краю. Тем, кто в самом низу — тяжко, но тепло. Идеального положения нет, но об этом никто не думает. Только спать... Здесь следует заметить, что для сна на снегу мы были вполне приспособлены. При отправке на фронт маршевой ротой из запасного полка мы были обмундированы как нельзя лучше. Действительно: шинель, телогрейка, ватные брюки, валенки, шапка, подшлемник, две пары теплых рукавиц, новые хлопчатобумажные гимнастерка и брюки, две пары нательного белья, пара теплого белья, три пары портянок. Кроме того, на случай оттепели или, тем более, прихода весны у нас были ботинки и обмотки. Рано или поздно весна, конечно, наступит. Вопрос, наступит ли она для тебя? Справедливости ради надо признать, что в связи с ранними морозами ботинки и обмотки за дальностью перспективы их использования были обменены на еду еще по пути на фронт у крестьянок на пристанционных базарчиках. Это были, главным образом, крупные ржаные пироги с картошкой.
»Вста-а-а-ть!», — слышится сквозь сон приглушенная команда. Ничего не понимая, еле расправляя скованные, затекшие члены, чувствуя дикий ночной холод, пошатываясь и продолжая дремать, автоматически подчиняешься команде. «Продолжать движение!»
Продолжается и движение и сон на ходу. Так всю ночь. Пулеметы «максим» укреплены на лыжах. Тащим их какими-то рывками, и только эти рывки выводят из состояния безразличия от усталости и полусна.
Какой бы долгой ни была ночь, начинает светать. Внезапно появляются кухни. Это уже потом я прочитал у А.Т.Твардовского:

Умный — что ни говори —
Был старик тот самый,
Что придумал суп варить
На колесах прямо.

А к тому утру никакой общественной оценки факта доставки нам еды на колесах я еще не сформулировал. Все твое существо устремлено к одной точке: кухня и испускаемый ею запах пшенного супа с тушенкой. (В то время аббревиатура ППС расшифровывалась и как «полевая почтовая станция», и как «постоянный пшенный суп».) Выясняется, что моя деревянная ложка, хранившаяся, как полагается, за голенищем в валенке, расщепилась пополам. Это и плохо, почти катастрофа, но, оказывается, и хорошо: мой напарник по котелку (котелок — один на двоих) вообще лишился ложки. У нас каждому по половинке. Едим, как тот журавль в гостях у лисы. Торопят, не успели раздать, как уже команда: «Заканчивай!» Где там заканчивай, когда и в час по чайной ложке не получается. Пробуем по очереди пить жижу, но горячо. И парадокс! пить — горячо, а при медленной еде — суп замерзает.
Уже на ходу пытаемся выскребывать из котелка куски супа. Появляется морозное солнце, а с ним «юнкерсы», которые при полнейшем и безраздельном господстве в воздухе устраивают свою «карусель», поливают нас огнем как хотят. Через час от нашей артиллерии ничего не остается. Она стала главной добычей немцев. Теперь они могут не беспокоиться.
А мы и без артиллерии, с одними ружьями и пулеметами (что нам, в самом деле!) продолжаем движение на Ростов, до которого остались те же почти двести километров минус одна ночь медленного марша по тылам противника. Ну не нелепость ли!? За день было еще несколько авианалетов, но вскоре стемнело, и все затихло.
Ночь прошла в неглубоком овраге на оставленной немцами позиции артбатареи. Снарядные ящики, здоровенная куча замерзшей и окаменевшей картошки, разбросанные дополнительные пороховые заряды в шелковых пакетах — все это наш трофей. Спим, варим картошку, жрем ее мороженую, сладкую. Кто поопытней и не ленив, пытается сушить на морозе у костра портянки и валенки. Другие — лишь бы поесть и поспать, сколько удастся. Некоторые командиры шипят: «Погасить костры». Но команда либо выполняется нехотя, либо не выполняется вовсе. Во-первых, это не костры, а костерочки, во-вторых, они все-таки спрятаны в овраге. Все понимают, что даже если костры и демаскируют, то немцам на них наплевать, так как они и без костров точно знают, где мы. Об этом свидетельствует весь опыт прошедших суток. А что командиры? Пошипят, пошипят — и сами к костру.
Последний раз наш «максим» вел огонь на форсировании Сев. Донца. Во время атаки мы били с левого берега поверх голов атакующих. Сразу за ними переправились и мы. После этого за двое суток с небольшим мы не дали ни одной очереди. Пулеметные ленты нетронутые лежат в коробках. О них никто не беспокоится. С рассветом начинаем «наступать». Команда: «Батальо-о-он, в цепь!» Никакой артподдержки, движемся на станицу Верхнедуванная.
»Воздух!» Обычно по такой команде следует прятаться в какое-нибудь укрытие. Но таковых здесь нет. Только девственно чистое, белое, снежное поле, сверкающее солнце на совершенно безоблачном небе. Низко летящие самолеты опять устраивают свою «карусель», т.е. один за другим «отваливают» от своего строя, поливают пулеметным огнем и высыпают на нас, как горох из мешка, нет, не бомбы, а гранаты. Сотнями! Они разрываются массой громовой дроби. Щелканье осколков то по щиту, то по коробу пулемета, который рядом со мной. Крики, стоны. «Ма-а-ма!» Близкий разрыв... Глазом влево — убитый. Вправо — убитый. Ну, сейчас... Только бы вжаться в снег. Все летит на тебя. Полная беззащитность. Как бы пригодились те загородки в Суходоле, сложенные из известняка!
Ни чувства, ни мысли описать невозможно. И не только потому, что «мысль изреченная есть ложь». Мыслей нет, сплошная мешанина. Запах пороха и крови. Животный страх неминуемой смерти, от которой нет спасения. Сколько смертей было рядом со мной и слева, и справа, и в этот раз, и раньше, и потом! Любой оставшийся в живых по гроб в долгу у тех, кто погиб рядом с ним, хотя каждый понимает, что виновен во всем только случай. Но ведь ясно, что если не попало в меня, то попало в другого, и наоборот, в меня не попало именно потому, что попало в другого. Как связать одно с другим? Молился кто-нибудь, чтобы не попало ни в кого? В таком-то аду! Немыслимо! А так, если и молился, то только за себя, а значит, волей-неволей, против другого.
Пожалуй, ближе всего у Твардовского:

Я знаю, никакой моей вины,
В том, что другие не пришли с войны.
В том, что они
— Кто старше, кто моложе —
Остались там, и не о том же речь,
Что я их мог, но не сумел сберечь, —
Речь не о том,
Но все же, все же, все же...

Да я-то, рядовой, кого мог сберечь?.. Случай ли не случай, а погиб он, а не ты. Живи и радуйся, но помни...
Сейчас я представляю себе, какое бы впечатление в мирные дни произвело на меня то заснеженное поле и то чистое небо в то солнечное утро! Восхищение и радость! Но при сравнении, пожалуй, осталась единственная деталь, которая была бы инвариантом в тогдашней и теперешней картине того утра — это искрящийся снег перед тупыми носами моих подшитых валенок: я видел только это, согнувшись под тяжестью пулемета. Иногда ухватывал горсть снега, и — в рот.
...
Когда я, странным образом оставшийся живым и невредимым, покидая поле, оглянулся на него поля уже не было. Было нечто черное из сотен воронок и мертвых тел.
»Юнкерсы» улетели. Вернулась жизнь. Кстати, были это «юнкерсы» или «фоккеры», я не уверен. Не очень-то я в этом разбирался. Торопимся, занимаем оборону по обоим краям длинного разветвленного оврага, протянувшегося от окраины Верхнедуванной до железной дороги. Ее мы пересекли еще до полудня, уцелев под ударами авиации. Старшина роты, шустрый и расторопный, набирает команду — с термосами за едой. Успеваем подкрепиться, когда слышатся крики: «Танки!» Они медленно движутся именно со стороны той самой железной дороги, которую мы прошли часа два тому назад. Иначе говоря, немцы дали нам расположиться в овраге и заперли в нем. Танки идут вдоль обеих сторон оврага на расстоянии не ближе ста метров. Ни артиллерии, ни противотанковых ружей во всей второй бригаде нет. Все уничтожено немцами еще вчера. Гранату или бутылку С зажигательной смесью. не добросить. Бить из пулеметов — бесполезно. А они расстреливают нас беспощадно и безнаказанно. Черные зловещие силуэты, кресты, выбрасывающие огонь пушки и пулеметы. Перед глазами у меня до сих пор вертящиеся волчком на снежном насте, не попавшие ни в какую цель горящие пули. Горели они на самом деле или нет, я не знаю. Но впечатление именно такое. Может быть, это догорала трассирующая смесь. По боевому уставу пехоты полагалось ружейно-пулеметным огнем отсекать пехоту от танков. Здесь же отсекать было некого. Танки шли без пехоты.
Наш пулемет замаскирован кальсонами на кожухе и рубахой на щите. Немцы его не замечают. Нам бы и молчать, но мой первый номер Чистяков не выдерживает и дает бессмысленную очередь по ближайшему танку. Через несколько секунд — Чистяков убит, кожух со стволом разбит.

Эх, кожух, короб, рама, шатун с мотылем,
Возвратная пружина, приемник с ползуном,

— это слова из песни про «Максим», которую мы распевали в строю в запасном полку. Я опять уцелел.
Во взводе осталось два расчета по разные стороны оврага. Взводный, младший лейтенант (с одним кубарем в петлице), после гибели моего первого номера и пулемета назначает меня своим связным. Лежим втроем почти рядом, взводный, помкомвзвода, который следил за дисциплиной, и я. Наблюдаем за танками. Укрытие у нас естественное. Берег оврага надежен, и хотя пули визжат, в нас они не попадают. Глаза выглядывают, и ничего, кроме наших замаскированных шапок над снегом не возвышается.
И тут происходит следующее. Взводный решил проверить пулеметный расчет на другом берегу оврага. Для этого надо перебежать по дну оврага метров двадцать. Овраг в этом месте не очень глубок и так изгибается, что дно простреливается танками. Взводный побежал: «Связной, за мной!»
Ой, как не хочется покидать укрытие и лезть под огонь. Я начинаю сползать по снежному склону берега. Помкомвзвода, отработавший до автоматизма исполнение приказа «Ни шагу назад», приняв меня за беглеца (а убегать-то некуда!), немедленно направляет на меня ППШ Пистолет-пулемет Шпагина, скорострельное надежное стрелковое оружие, на смену которому уже после войны пришел автомат Калашникова. в готовности разрядить в меня часть диска. Доли секунды, и он соображает, что я не покидаю позицию, а выполняю приказ взводного следовать за ним. Надо сказать, что автомат был только у помкомвзвода. У остальных — винтовки.
Понемногу бой смещается к станице, которая горит. Танки проходят мимо. Уже на другом берегу оврага взводный приказывает мне остаться у пулемета, сам исчезает, а в это время появляется санитар — с лошадью, впряженной в широкую волокушу. Он собирает раненых. Увидев меня, санитар кричит: «Вытаскивай!» Я вижу, кого он имеет в виду, и начинаю тащить раненого из оврага по недлинному отрожку с глубоченным снегом. Куда он ранен, мне не разобрать, тащу с трудом, утопая в снегу. Надо только представить, что это за труд. Получается медленно, взмок, мне не удается ни капли передохнуть, но когда я все же позволяю себе это на одно мгновение, вдруг откуда ни возьмись, вырастает фигура ротного Феоктистова. Он набрасывается на меня с матом, тащи, дескать, быстрей. Вытащил, уложили на волокушу, и в начинающиеся сумерки ездовой торопит коня.
Я же остался один и без всякого дела. Вдруг из-за кустарника появляется взводный с группой бойцов, приказывает мне взгромоздить на себя оставшийся от разбитого пулемета станок и присоединиться к его группе, в которой не все мне знакомы. «Кто бросит матчасть — расстреляю», — а станок — 36 кг. Под покровом наступающей ночи мы начинаем драпать. Я покорно тащусь вместе со всеми, не сомневаясь, что взводный знает, куда надо двигаться. Через какое-то время то ли мы присоединяемся к другой группе, то ли она к нам, и драпаем, драпаем, драпаем,... жалкие остатки второй бригады, только двое суток тому назад собиравшейся освобождать Ростов, который был в двух сотнях километров от нас. Кстати сказать, Ростов был освобожден только через две недели, 14 февраля, войсками совсем другого фронта.
Взводный сам почувствовал, когда можно и нужно было устроить привал. Привалились к огромной скирде среди чистой степи. Звезды — как лампы. Слышу: «Связной, давай котелок». — «Какой котелок?» — «Сожрал?!» Он меня с кем-то спутал. Так бы мы и препирались, но ночь просекают снопы трассирующих пуль. Небывалый случай! — Ночное танковое преследование. Танки идут очень медленно, но ведь быстрей, чем мы, пешие! Они долго гнали нас, подстегивая огнем. Светящиеся пулеметные трассы то и дело просекают темень. Настала моя очередь. Ранен и брошен своими среди бурьяна. Лежу ничком, прижатый проклятым станком. Лязгает и ползет прямо на меня. Сейчас — все. В лепешку. Но ведь в данный момент я пишу это «все», значит, я жив. А жив и пишу потому, что это чудовище развернулось прямо возле меня, засыпав мерзлыми комьями земли и снегом. Образовавшееся «одеяло» спасло меня от замерзания.
Чудовище ушло куда-то в сторону. По-видимому, это было уже неподалеку от наших исходных позиций, откуда мы начали «наступление» на Ростов. Утром меня подобрали санитары из другой части, а из своей — прислали домой похоронку, в которой говорилось, что я погиб смертью храбрых и похоронен на хуторе близ Ворошиловграда. Станок «максима», который измучил меня до изнеможения, был с меня снят и остался лежать в бурьяне украинской степи.
Только через месяц после похоронки пришло мое письмо из госпиталя. Почтальон встретил мою тетю на улице и вручил ей похоронку. Похоронка была спрятана, и никто о ней не знал. Месяцем позже тот же почтальон на той же улице отдал моей тете письмо из госпиталя. С криками «Жив, жив, жив!» тетя (которая была только на десять лет старше меня) опрометью помчалась домой. Бабушка, ничего не знавшая о похоронке, не понимая, что происходит, уставившись на кричащую дочь и вытаращив глаза, медленно двинулась ей навстречу, споткнулась, упала и сломала руку.
Медсанбат, палатку рвет ветер, бомбовые налеты. На пути в полевой госпиталь — еще несколько налетов. Измучен и бомбежкой, и болью, и тряской на дне кузова грузовика. Но главное — это то, что тебя увозят из этого ада. И никаких жалоб на «дискомфорт», такие «нежности» даже в голову не могли придти.
Между прочим, когда меня подобрали, то, укладывая в полуторку, поленились открыть ее борт. Результатом чего был возглас того, на которого я свалился: «Ты что, б..., прыгаешь!» Откуда-то нашлись силы, чтобы внутренне рассмеяться.
http://militera.lib....h_yl/index.html

Вот она - простая и незамысловатая солдатская правда. О том, как 1 гвардейский мехкорпус лег в поле перед Верхнедуванной. Не его ли солдат нашли при строительстве школы № 17, а позже перезахоронили в безымянной могиле в парке им. Терешковой?!

Сообщение отредактировал Weredragon: 08 May 2012 - 12:49

[Pavel]

Приветствую,

Weredragon (08 May 2012 - 12:44) писал:

Спасибо за интерес к теме.
И следом вопрос: откуда сведения, что итальянцы, занимавшие высоту у Большого Суходола из дивизии "Равенна"?

Данные по итальянцам - из итальянских и немецких оперативных документов. Я занимаюсь темой боев января-марта 1943 скоро десять лет как. Публикую результаты работы правда мало, собственно, вот статья "Освобождение" про Ворошиловград, на которую Вы дали ссылку чуть выше - одна из таких публикаций. Да и тот материал "Бои за Ворошиловград" и по 8-му кавкорпусу, которые из сборников 1944-го года, когда-то давным-давно именно я отсканировал, прокомментировал и выложил на ркка.ру

Цитата

А то я сколько не искал упоминаний: итальянцы, да итальянцы... В итоге стал считать это подразделение миксом из разбитых итальянских дивизий, которые немцы тормозили, как-то оформляли и вновь бросали в бой.

Вы абсолютно правы, сам процесс именно так и выглядел. Просто за основу для восстановления взяли "Равенну" как наиболее сохранившуюся. Ее артиллерийский полк в Ворошиловграде вообще очень долго стоял без матчасти, несколько орудий получил лишь перед самым выходом дивизии Запорожченко к Кружиловке. Фактически же "Равенна" к 18-19 января (началу боев за плацдарм) представляла собой слабую бригадную боевую группу почти без тяжелого вооружения.

Цитата

Второе, совершенно верно, что плацдармы на правом берегу Донца были созданы еще до 28 января. Просто слышал, что немцы несколько раз отбрасывали наших за Донец, та же Луговка (часть Большого Суходола) несколько раз переходила из рук в руки, а наши в основном продолжали базироваться и атаковать из-за Донца.

Да. Наших выручили заросшие лесом балки и низины под горой, у обреза воды. Немцы выбивали их из поселков и с высот, но спуститься вниз, под гору, не могли, да и смысла в этом не было особо. После этого наши накапливали силы опять под горой и опять атаковали.

Цитата

Хотелось бы поподробнее узнать именно об этом моменте. По каким участкам проходила тогда линия фронта?

Макаров Яр, Кружиловка, Больший и Малый Суходол, Давыдо-Никольское и чуть глубже на юго-запад. Условно можно выделить три этапа боев за плацдармы - первый, при превосходстве наших, когда были разбиты итальянцы и заняты Кружиловка и Макаров Яр, и большой плацдарм (хотя Давыдо-Никольский удалось удержать).
Второй - со вводом 7-й тд и группы Шульдт (она совсем никакая не "2-я бригада СС", кстати, просто сводная группа переменного состава под командованием штандартенфюрера Хинриха Шульдта), когда немцы вымели наших отовсюду и сбросили к реке, отведя затем итальянцев с фронта и сомкнув фланги группы Крейзинг и 304-й пд.
Третий, когда ушла 7-я тд и осталась одна 304-я пд с частями усиления - в этот период силы примерно сравнялись и наши опять захватили плацдарм у Кружиловки а немцы опять попытались его уничтожить - но без 7-й тд результат оказался почти нулевым. При этом с середины 20х чисел, после болезненного поражения под Каменском и по личной подсказке Ватутина (эта ключевая для истории Луганска переписка Ватутина с Лелюшенко сохранилась в архивах) почувствовав слабину на этом направлении, наши сюда начали переброску основной массы своих сил. Закончилось все это тем, что 29 января 304-я пд оказалась один на один с почти всеми силами 3-й гв.А, включая все ее подвижные соединения (кроме малочисленного 23 тк). В результате чего 304-я (которая и раньше не отличалась особой эффективностью, да вдобавок понесла в январе большие потери) и посыпалась.

Цитата

И последнее. Наверное корректнее сказать, что не было боев в самом городе Краснодоне, чем сказать что Краснодон не пытались оборонять. Ибо если считать станцию Верхнедуванную окрестностями (как никак 5 км всего), то в окрестностях бои были.

Конечно, я согласен с таким уточнением. Здесь можно упомянуть, что 1 гв.мк и не имел задачи брать Краснодон. Город должен был брать 23 тк, причем брать на первый день операции (амбициозные и фантастически цели и сроки Донбасской наступательной - отдельный разговор). Однако фактически оборону 302-й пд по Донцу 23-му тк с 203-й сд преодолеть так и не удалось, хотя и были некоторые частные успехи. Продвинуться удалось лишь когда немцы сами свернули свой фронт и начали отход, а наши - преследование. Так что с учетом этого Краснодон, безусловно, оборонялся, и достаточно упорно, но не в виде боев непосредственно за город.

Сообщение отредактировал Pavel: 08 May 2012 - 16:52

[Weredragon]

Не сочтите за лесть, но все-таки приятно общаться с человеком, который занимается темой намного дольше, с одной стороны, и на результат трудов которого опираешься - с другой.
В приведенном мной фрагменте, есть очень любопытный момент

Цитата

оропимся, занимаем оборону по обоим краям длинного разветвленного оврага, протянувшегося от окраины Верхнедуванной до железной дороги. Ее мы пересекли еще до полудня, уцелев под ударами авиации. Старшина роты, шустрый и расторопный, набирает команду — с термосами за едой. Успеваем подкрепиться, когда слышатся крики: «Танки!» Они медленно движутся именно со стороны той самой железной дороги, которую мы прошли часа два тому назад. Иначе говоря, немцы дали нам расположиться в овраге и заперли в нем. Танки идут вдоль обеих сторон оврага на расстоянии не ближе ста метров.

Т. е. получается, что наши перешли ж/д. Тогда, с учетом того, что ж/д насыпь проходит сейчас там же, где и раньше, то описываемый овраг находился в поле между нынешним Суходольском и шахтой им. Баракова

Pavel (08 May 2012 - 16:44) писал:

Макаров Яр, Кружиловка, Больший и Малый Суходол, Давыдо-Никольское и чуть глубже на юго-запад.

Спасибо. Я, как человек занудный, имел в виду более детальное расположение, а именно прибрежную зону под горой в Большом Суходоле и т. д. В общем, могли находиться они в районе нынешних турбаз.

Сообщение отредактировал Weredragon: 08 May 2012 - 17:56

[Pavel]

Weredragon (08 May 2012 - 17:56) писал:

Т. е. получается, что наши перешли ж/д. Тогда, с учетом того, что ж/д насыпь проходит сейчас там же, где и раньше, то описываемый овраг находился в поле между нынешним Суходольском и шахтой им. Баракова

Я вечером дома посмотрю по документам 1-го гв.мк и 2-й бригады, что может иметься в виду. Но вообще по опыту разбора воспоминаний по карте с документами - может быть просто смешение нескольких разных воспоминаний. Так, например, у корпуса такой цели наступления как Ростов-на-Дону конечно же не было, 1-й гв.мк осью наступления имел Ровеньки, Снежное, Чистяково, Макеевка. Так что Ростов-на-Дону - это скорее всего творчество местных политруков, либо наложение воспоминаний.

Цитата

Спасибо. Я, как человек занудный, имел в виду более детальное расположение, а именно прибрежную зону под горой в Большом Суходоле и т. д. В общем, могли находиться они в районе нынешних турбаз.

Это участок 266-й сд, посмотрю ее тоже вечером, только уточните где именно турбазы в Б.Суходоле. Все собирался туда выехать сам посмотреть, но пока так и не собрался.

[Weredragon]

Pavel (08 May 2012 - 18:24) писал:

Это участок 266-й сд, посмотрю ее тоже вечером, только уточните где именно турбазы в Б.Суходоле.

Турбазы там еще с советских времен, забор к забору, практически по всей линии берега, начииная от профилактория к Поповке. Некоторые практически на Берегу, некоторые удалены от него на 100-200 м.

[Pavel]

Давайте вначале по Суходолу разберемся. Турбазы это вот эти или нет?
http://g.co/maps/nv94s
http://g.co/maps/sdstb
Это как раз район действия 1006-го сп 266-й сд + крайний левый фланг 59-й гв.сд. С немецкой стороны в Большой Суходол и Подгорное оборонялись две роты 302-го саперного батальона плюс несколько мелких подразделений и сводных рот (например, в составе опорного пункта Подгорное было одно 20-мм зенитное орудие из состава 5-й роты 100-го дивизиона ПВО Люфтваффе).
1006-й стрелковый полк (без 1-го батальона) форсировал Донец в ночь на 21 января в районе Большой Суходол. Хотя с точностью до метра место форсирования и неизвестно, но, по ходу событий и опыту действий наших дивизий в других местах, происходило оно как раз под прикрытием леса юго-восточнее поселка. Продвигаясь на запад через лес, полк под прикрытием ночи вышел к Суходолу, занял южную окраину поселка и продвигался к суходольской школе (кстати, где именно она находится?). 1-й батальон полка форсировал реку южнее, против Подгорное, и продвигался к дому отдыха, где был встречен огнем подразделений немецкого опорного пункта Подгорное, после чего батальон был вынужден остановиться. Действоваший севернее Суходола 3-й батальон 862-го сп 59-й гв.сд занял высоту 155,9.
Однако утром в Суходоле немцы перешли в контратаку, причем действовали они также и из погребов и засад в домах, захваченных полком ночью. 2-й и 3-й батальоны были отброшены, оставили Суходол и отступили обратно в лес. 1-й батальон (у дома отдыха) ввиду сложившиейся ситуации был отведен к главным силам силам полка.
Вечером 21 и ночью 22 января полк снова перешел в наступление и выбил немцев с южной окраины Суходола, захватив примерно 30 домов и закрепившись. Батальон 862-го сп к северу особой помощи полку при этом не оказал, а в ночь на 22 января сам был вынужден отойти назад на левый берег Донца.
В итоге 1006-й сп закрепился и в последующие дни оборонялся 1-м батальоном по восточному берегу Донца от бывшей паромной переправы до отметки 25.0, а 2-м и 3-м батальонами на южной окраине Суходол. Ввиду явного недостатка сил активных действий не предпринималось, велась только разведка на север.
27 января утром 304-я пд провела контратаку, охватив занятую нами южную окраину поселка с востока и с запада. Опасаясь окружения, батальоны 1006-го сп оставили позиции и, как и неделю назад отошли в лес восточнее поселка.
Ну а дальше уже было наше большое наступление.

Сообщение отредактировал Pavel: 09 May 2012 - 04:36

[Weredragon]

Поздравляю с праздником Победы!

Pavel (09 May 2012 - 04:18) писал:

Давайте вначале по Суходолу разберемся. Турбазы это вот эти или нет?

Нет, немного выше по течению. От профилактория до поворота Донца. Там еще течение реки сужается и мы выдающийся, так что там, как мне кажется, переправляться легче было. Хотя это прямо под высотой, которая севернее Большого Суходола, на которой батарея была.
Это скорее к зоне действия 3-й батальона 862-го сп 59-й гв.сд относится.

Сообщение отредактировал Weredragon: 09 May 2012 - 14:33